Делая первый шаг на пути к Господу, мы сразу, авансом, получаем от Него огромную защиту и поддержку. Ты как будто в руках Божиих, и все у тебя получается. В пору духовного младенчества за человеком и правда нужен глаз да глаз. Но проходит время, и «ребенка» нужно ставить на ноги. Сначала Господь держит за руку, и мы, немного запинаясь и спотыкаясь, пытаемся делать свои первые шаги. Потом Он отпускает руку, и мы тут же плюхаемся на землю. Больно. Даже слезы из глаз. Потираем разбитую коленку, закусываем губы от обиды: за что Ты меня оставил? А Бог и не думал оставлять. Он всегда рядом.
Просто ты уже достаточно окреп. Теперь смело можешь сам шагать по дороге. Этот путь будет не такой легкий и радужный, как в период неофитства, ты будешь спотыкаться, падать, набивать шишки, буксовать на одном месте… Зато это собственный путь.
Еще вчера восторженный неофит, сегодня человек вдруг отворачивается от Бога в разочаровании. По опыту моих катехизаторских бесед знаю, что такое происходит со многими: люди «срезаются» именно на этом этапе, сходят с дистанции. И потом, когда они возвращаются в храм, с Богом их связывают уже чисто товарно-денежные отношения: Ты — мне, я — Тебе. Но есть и те, кто, упав, смог подняться и продолжить путь. Такой историей я и хочу поделиться.
Еще одно местечко
С Ольгой я познакомилась Великим постом в первый год своего воцерковления. Помню, как мчалась вечером с работы в храм, чтобы успеть на Великий Покаянный канон святого Андрея Критского. И — опоздала: все места были заняты, встать было негде. Даже захотелось развернуться и уйти домой, как вдруг одна женщина махнула рукой, сдвинула свою подушку, чуть сместила соседнюю и сказала:
— Вот и еще одно местечко нашлось благодаря такому незамысловатому тетрису. Давай, вставай сюда!
— Спасибо, конечно! — смутилась я. — А владелец подушки не будет возмущен, что вы его подвинули?
— Не должен, Великий пост вообще-то не время для обид и раздражения, — улыбнулась она. — Да дай нам волю, мы и в Царство Небесное места себе застолбим! Но так просто не получится. Так что вставай смело. Всем места хватит.
Весь канон, все четыре вечера, я простояла рядом с Ольгой. В последний мы разговорились.
— Знаешь, какая самая главная ошибка неофита? — спросила моя новая знакомая.
— Взвалить на себя непосильный молитвенный труд? — вспомнила я недавнюю беседу батюшки с нами, прихожанами.
— Ну, не без этого! — она снова улыбнулась. — Нет, главная ошибка — обидеться на Бога, отвернуться от Него и навсегда уйти.
От одной мысли мне стало жутковато. В тот момент я и не представляла, что такое вообще может случиться. Как будто прочитав мои мысли, Ольга сказала:
— Может… Очень даже может. Послушай мою историю. Я не скрываю ее. Мне хочется с тобой поделиться, возможно, это убережет тебя от ошибки.
В поисках просветления
К Богу я пришла за компанию с подругой. Просто в какой-то момент заметила, как она стала меняться к лучшему: стала спокойнее, увереннее в себе, мягче и женственнее (все это мы безуспешно пытались найти на занятиях по духовным практикам в йога-центрах). Каждое воскресенье она бывала в храме, соблюдала посты, ездила в паломнические и труднические поездки. В ее окружении стали появляться новые интересные люди. А в скором времени она вышла замуж за хорошего человека и переехала в другой город.
Однажды она предложила мне съездить вместо нее (чтобы место не пропало) в паломническую поездку в монастырь. Планы на отпуск у меня сорвались, а отдыхать душным, жарким летом в городе мне не хотелось, и я согласилась. «Может, и я получу просветление в этой поездке?» — подумалось мне.
Еще мне тоже очень хотелось встреть мужчину, с которым можно было бы создать семью. С каждой новой поездкой, с каждым новым местом я связывала свою надежду. И вот, наконец, эта встреча…
«Суженый»
Мы стали общаться с Евгением. Отношения развивались неплохо. Вместе мы ходили в один храм (правда, добираться до него стоило мне немалого труда, но что делать… любовь есть любовь!) Постепенно я втянулась в ритм долгих богослужений, стала соблюдать посты, читала Евангелие, всеми силами пыталась вникнуть. Один за другим я читала акафисты святым, которые известны помощью в создании семьи. Уставала от своего молитвенного правила сильно. Бога я представляла себе примерно как своего строгого начальника, которому нужно сдать работу в срок. Он будет гневаться, если я не прочитаю утреннее или вечернее правило, ругаться, если съем в постный день мясную котлету.
На работе, кстати, дела у меня шли хорошо. Совершенно неожиданно я получила повышение по службе, что открыло мне новые перспективы продвижения по карьерной лестнице. Значит не зря хожу в храм! Не зря молюсь, читаю акафисты, тружусь во славу Божию! Господь слышит меня и помогает! Я стала меньше Его бояться. Примерно тогда я наконец ощутила, что Он держит меня за руку и ведет по дороге. «Надо же, как все складывается!» — радовалась я.
На работе коллеги заметили произошедшие во мне перемены. Я стала радостной, доброй и улыбчивой. Но почему же Бог не исполняет моего самого главного желания?
Я ждала, глубоко в сердце лелеяла надежду.
С Евгением мы встречались уже полгода. Отношения были очень серьезными! Еще бы, ведь я вступила с ним в интимные отношения до брака. Да и какое воздержание, когда нам за 35? Мы взрослые люди, и у нас есть физиологические потребности. Я молилась о нем как о своем законном муже.
Катастрофа
Однажды я увидела две полоски на тесте. Показала ему. Он молчал несколько минут. Потом пробубнил что-то про работу в другом городе, больную маму и срочные дела. Он обнял меня за плечи, сказал: «Поздравляю!» — и ушел. Сначала я не поняла, что произошло. Сидела в прихожей и ждала, что он сейчас вернется с цветами. Даже рассчитывала на большого плюшевого медведя.
Он не мог меня бросить. Он же верующий! Тогда я еще не знала, что не все православные (перефразируя рекламу) «одинаковы полезны». Но время шло, никто не приходил. Только тикали настенные часы. Попробовала ему позвонить: «Абонент занят, попробуйте позвонить позднее». Может, что-то случилось?
Через два часа абонент позвонил мне сам: «Знаешь, нам лучше расстаться. Я люблю другую. Прости». Я плохо помню, что я делала после этого звонка. В памяти всплывает, как я крушу свою квартиру и… убираю иконы. Сбрасываю их с полки с остервенением. Потом беру телефон, звоню в частную клинику и записываюсь на аборт. Я сжимаю свой живот и рычу: «Завтра тебя уже не будет, как и того урода, твоего отца». Зачем вообще Бог свел нас, если все так получилось?!
Месяца три знакомые из храма обрывали мне телефон. Волновались, куда я пропала. Я не хотела видеть никого из них, а самое главное — «их Бога». Совсем выкинуть иконы, правда, у меня не поднялась рука, поэтому я отвезла их к себе на дачу и бросила в дальний угол. Шесть лет я обходила храмы стороной.
На фоне нервного срыва и затяжной депрессии у меня начались проблемы со сном. Практически сразу после аборта меня стали мучить кошмары.
Я видела один и тот же сон: я в адовом огне, и демон сдирает с меня кожу со словами: «Теперь ты наша».
Я кричала и просыпалась вся в поту. Успокоительные и психолог не помогали, я не находила покоя ни днем ни ночью.
Возвращение блудного
Время все-таки лечит. На смену зиме приходит весна. Душа пробуждается, выходит из спячки. Со мной это тоже случилось.
В одну из ночей я сидела у открытого окна и курила, всеми силами старалась не спать, но веки тяжелели. Я уже чувствовала дыхание своего мучителя, как вдруг раздался колокольный звон. Я встрепенулась. Мне кажется? Нет, звон был совершенно отчетливым! Потом я услышала, как кто-то крикнул: «Христос воскресе!» — и радостный ответ: «Воистину воскресе!»
Сегодня же Пасха! А я и забыла. Впервые за долгое время я почувствовала спокойствие. Я снова, уже с облегчением, закрыла глаза и провалилась в сон. В эту ночь демоны меня не терзали.
Утром мне захотелось пойти в храм. Приходили, конечно, вражеские мысли: «Да куда ты пойдешь? Отвернувшаяся от Бога убийца! Расскажи всем об этом!» Но я словно заткнула уши и побежала.
В церкви служба уже закончилась, но прихожане не спешили расходиться. Они поздравляли друг друга с праздником, обменивались пасхальной снедью. Только я стояла у Распятия и плакала.
— Не плачь, сегодня же праздник! — вдруг услышала я голос рядом. Девочка лет шести уверенно шагнула ко мне и протянула яйцо, украшенное блестками.
Я улыбнулась ей сквозь слезы. У меня могла бы быть такая девочка, но я сама отказалась от нее.
От грустных мыслей меня отвлек звонкий женский голос. Девушка с толстощеким карапузом на руках торопилась к нам:
— Оля, ну, вот ты где! Сколько можно бегать.
Я вас семерых до вечера не соберу всех вместе! Пошли скорее, пора домой. Папе надо отдохнуть.
Заметив меня, она стала извиняться:
— Простите нас, пожалуйста. Мы вам, наверное, помешали молиться?
Я попыталась улыбнуться:
— Нет, все в порядке, я просто…
Тут слезы потекли у меня из глаз. Было стыдно, что посторонние люди стали невольными свидетелями моих душевных терзаний, таких неуместных на Пасху. Девочка опять обняла меня.
— Понимаете, я очень сильно обиделась на Бога, — кое-как начала объяснять я. — Я не понимаю, почему моя жизнь сложилась не так, как я хотела. Бог отвернулся от меня, и мы шесть лет не разговаривали с Ним.
— Бог не может отвернуться от человека. Это мы сами отходим от Него. Но самое главное, что возвращаемся! И Он всегда ждет и готов принять. Вы сказали, что обиделись на Него? Почему?
— Он не дал мне просимое.
— А вы уверены, что это было вам во благо, принесло бы счастье? Господь видит полную картину, а мы всего лишь малую часть. Иногда просимое нам не полезно и может даже принести вред.
— Я никогда не задумывалась над этим…
Тут из алтаря вышел священник. Моя утешительница улыбнулась ему и помахала рукой.
— Вы простите меня, но мне пора бежать, — сказала она и кивнула в сторону батюшки. — Мужа кормить. У него вечером еще служба. Приятно с вами познакомиться. И помоги вам Господи!
В скором времени я подружилась с этой семьей. Матушка посоветовала мне книги, написанные православными священниками и психологами на тему женского одиночества, о Божией воле и о том, как ее принимать.
— А вообще, знаешь, — добавила она, — самая главная книга для православного христианина — это Евангелие! Там ответы на все вопросы! Кстати, мой батюшка по воскресеньям после службы с прихожанами разбирает Священное Писание. Приходи!
— Мне неловко… Я шесть лет в храм не ходила.
— Неловко шесть лет без Святых Христовых Таин жить. Давай возвращайся!
Во второе воскресенье после Пасхи, в день Святых жен-мироносиц, состоялось возвращение блудного сына, точнее, дочери.
На исповеди я очень волновалась, думала, что сейчас батюшка прогонит меня. Но он выслушал меня внимательно, сказал, что мне делать, как искупить грех детоубийства. В одном из храмов, сказал он, собирается группа, которая читает покаянный канон о грехе убийства чад во утробе. Я стала регулярно ходить на него. Там собиралось много женщин. Я поняла, что в своей беде я не одинока. День за днем на душе становилось легче.
Заодно я стала посещать занятия по изучению Священного Писания. Помнится, раньше читала Евангелие, но, скорее, для галочки: по главе в день, так ведь положено. Еще я стала помогать матушке с детьми: сидеть с ними, играть, гулять. С Олей, моей тезкой, мы очень подружились.
А через год я вышла замуж. Бог так устроил, что я встретила своего бывшего одноклассника. Мы не виделись со школы, а он, оказывается, любил меня с первого класса. У обоих из нас, правда, уже был за плечами горький опыт, но в этот раз мы строили нашу семью с Богом, ставя Его на первое место.
Сейчас она растет, у нас трое детей, одного из них мы усыновили. Пока мой муж не пришел к Богу, но уважительно относится к тому, что я хожу в храм. Он интересуется православной верой, задает вопросы. И я верю, что его встреча с Богом обязательно произойдет.
Текст: Татьяна Гарина